Александр Коваленин (kovalenin) wrote,
Александр Коваленин
kovalenin

Categories:

О побоях год спустя. 5. Что у них за душой? 6. Итог

Продолжение обзора хода круглого стола в Общественной палате РФ 28 февраля 2018 года «Декриминализация побоев спустя год: последствия принятия закона».

1. Станет ли ОП РФ точкой восстановления здравого смысла. 2. Позиция Уполномоченных по правам человека 3. Ошибки и манипуляции. 4. Нужен закон против лжи. 5. Что за душой у этих борцов с домашним насилием. 6. Итог

А. Б. Цыганов

Что за душой у этих борцов с домашним насилием.

1) Как видим, внимательное рассмотрение фактов позволяет сделать вывод об отсутствии каких-либо рациональных аргументов в пользу возвращения сумасшедшей нормы. Да и зачем — вроде бы всё, что нужно тем, кто хотел неотвратимости наказаний для «насильника», уже достигнуто. Сверх того — учитывая, что речь идет не о насилии вообще, а конкретно о случаях «без вреда здоровью», настойчивость уже кажется какой-то патологической кровожадностью. Что, кроме мстительной жестокости движет феминистской, которая мечтает засадить мужа «жертвы», здоровью которой не было нанесено никакого вреда?

2) Конечно, есть факты, которые лежат на поверхности — это прямое содержание наших женозащитниц иностранными фондами и государствами. О них мы подробно писали в нашей газете (например, в № 257). Рядом с этой грубой причиной — не прямая, а духовная ангажированность Западом, рабская человеческая вторичность. (А. Б. Цыганов в этой связи напомнил участникам стола, что декриминализацию семейных побоев агентство Блумберг расценило как еще один шаг к идеологическому суверенитету России.). Страсть тех, кто стремится подчиниться требованиям и стандартам Совета Европы или каких-нибудь «Женщин ООН», требующим запрета телесных наказаний и извращенного «гендерного равноправия», нешуточная, нутряная. Это, конечно, боязнь идеологического, культурного суверенитета.

Но может быть, есть что-то еще? — ведь ювенальному диктату подчинились, наказание ввели, почему же они так продавливают введение именно уголовного наказания?

3) Несколько выступающих обратили внимание на новость уже этого года — заключение в тюрьму за педофилию Питера Ньюелла. Он числился главным разработчиком программ по защите прав детей в ЮНИСЕФ. В том числе по защите детей от жестокого обращения. Разрабатывал международные программы по запрету телесных наказаний для детей и борьбе с семейно-бытовым насилием для всех стран. Совпадение? Или закономерность? В заинтересованности педофилов в современной «политике замещения семьи» трудно сомневаться — форма «опеки по договору» фактически реализует за государственный счет любой интерес в получении детей — не только любовь к детям. Кому-то дети нужны для создания секты, кому-то в качестве золушек, кому-то для извращений. Законная форма «гостевой семьи» для последних тоже очень удобна.

4) Но в дискуссиях с нашими феминистками (риторика которых строится всего на нескольких штампах) обращает на себя внимание другое — некое их общее душевное свойство. Они ненавидят семью. Это проявляется в том, как легко они скатываются на штамп: «А как же она вернется к насильнику?» Они не хотят, чтобы женщина думала о своем (ведь еще) муже иначе, как уже только о насильнике. Чтобы она нашла подход и сумела наладить с ним свою семейную жизнь. Им легче сравнить его с собакой, как это сделала Е. Ю. Семенова. Им хочется семью разлучить, и всякую его попытку приблизиться к ней, чтобы сказать «прости, родная», считать не иначе как «преследованием жертвы» (так получалось по проекту отвергнутого закона о профилактике семейно-бытового насилия). Как будто если семья будет счастлива, то им будет плохо. То есть это просто такая ревность к чужому счастью?

5) Или это плод потребительского общества — взгляд на семейную жизнь не как на совместный взаимно ответственный труд, а как на услугу, которая обязана быть комфортной? И тогда если муж оказался некачественным, то его кто-то должен забрать, «а я ни при чем»?

6) Адвокат О. В. Барсуков на круглом столе говорил о проводимой борцами с домашним насилием «концептуализации семейной вражды». По его мнению, первый элемент этой концептуализации — подмена цели семьи. Считается смыслом семьи только безопасность, а вовсе не развитие ее членов. А второй элемент — расширение понятия насилия, насилием называют любое причинение неудовольствия. Он предложил такую антисемейную вражду ввести как новый признак преступления в Уголовный кодекс. Чтобы придать семье еще одну степень защиты.

В. И. Винницкий, член ОП РФИтог

Призывая участников присылать свои предложения, председательствующий заключил: «Та резолюция, которая была предложена, не исходит от Палаты... [Это] коллаж разных предыдущих обсуждений, анализ разного рода публицистики и это ни в коем случае не является чьим-то убеждением, предложенным для всеобщего одобрения... Мы постараемся ваши предложения скрестить, чтобы не сделать очередную законодательную глупость. Законодательный зуд ни к чему хорошему не приводит».

Очень хочется верить, что такая решимость держаться истины и здравого смысла станет, наконец, преобладающей в диалоге законодательных органов и общества.

"Суть времени", № 268

Tags: 116, феминизм
Subscribe

Posts from This Journal “феминизм” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments